Провал «Суворова» в Беларуси. Как Сталин не смог взять Минск почти на год раньше

Александр Суворов – чуть ли не самый знаменитый российский военачальник, которому приписывают непобедимость. Он воевал в Пруссии, Крыму, Молдавии, Италии, подавлял освободительное восстание Тадеуша Костюшко в Беларуси и Польше. И хотя как раз последний его поход – в Швейцарии – закончился стратегической неудачей, самая большое и кровавое поражение, которое ассоциируется с именем Суворова, настигла его на наших землях – землях Восточной Беларуси, почти спустя 150 лет после его смерти.

Случилось это потому, что Сталин с 1943 года любил давать военным операциям громкие имена советским полководцам. Так, фельдмаршал Российской империи Румянцев и Кутузов стали «крестными отцами» советских операций в Украине летом 1943 года. Однако на этом новосозданная традиция неожиданно прерывается.

Казалось бы, должен произойти огромный «сталинский удар», названный в честь самого известного фельдмаршала – Суворова. Однако успешное и масштабное наступление лета 1944 года в Беларуси носит имя российского генерала Багратиона – звезды отнюдь не первой величины. Именно во время этого наступления советские войска взяли Минск 3 июля, который теперь официально празднуется как «день независимости» Беларуси.

Однако советское руководство отдавало своим войскам приказы завладеть Минском куда раньше – еще осенью предыдущего 1943 года.

Почему же почти никто не знает об операции «Суворов»? Почему же белорусский официальный «день независимости» состоялся лишь летом 1944 году?

Попробуем ответить на эти вопросы и рассмотрим сложившуюся ситуацию в сентябре-октябре 1943 года в Беларуси и на советско-германском фронте.

«БЕЛОРУССКИЙ БАЛКОН»

В 1941 году немецкий блицкриг прокатился по территории Беларуси, пошел дальше на восток и остановился только под Москвой.

Наша земля оказалась в немецком тылу, но не имела ни минуты покоя – начался нацисткой террор, постепенно в виде деятельности советских партизанских отрядов и разного рода спецгрупп НКВД восстановился и террор коммунистический. К тому же в Западной Беларуси иногда принимали острую форму конфликты польских и белорусских националистов.

Отныне боевые действия на фронте стали для почти всех белорусов периферией истории народа и остались такими как минимум на три года. Главной войной для Беларуси уже навсегда стала война партизанская и антипартизанская, внутренняя и трагическая, война без четкой линии фронта. «Большая» мировая война, конечно, напоминала о себе – новыми немецкими налогами и эшелонами с войсками, которые проходили по белорусской железной дороге, советскими бомбами, которые падали на Минск и другие белорусские города, планами, которые готовились на разные случаи белорусскими патриотами. Однако серьезно регулярная война подошла к Беларуси только под конец лета 1943 года – когда с юга, как и в 1941 году, Полесье сделалось малопроходимой нейтральной линией между советскими войсками в Украине и немецкими в Беларуси, а с востока началась советская наступательная операция с громким названием «Суворов».

Захват Смоленска растянулся почти на 2 месяца – с начала августа по октябрь 1943 года. После тяжелых боев древний город был занят советскими войсками 25 сентября.

«ЗАВЛАДЕТЬ СТОЛИЦЕЙ БЕЛАРУСИ…»

Успехи советского наступления на Украине и одновременно тяжелое, но все же успешный поход на Смоленск создали определенную эйфорию в Москве – очень похожую на ту, которой советская Ставка была одержима зимой 1941 года после Московского контрнаступления.

Поэтому планы операции «Суворов» были куда более масштабными. Это после войны советские историки стали считать, что она ограничивалась лишь Смоленской операцией и закончилась 2 октября 1943 года.

Однако еще 1 октября Ставка советского Верховного главнокомандования и думать не хочет о том, чтобы прекратить «Суворова»:

«Задача войск Центрального фронта: нанося главный удар в общем направлении Жлобин, Бобруйск, Минск, разгромить Жлобинского-бобруйской группировку противника и завладеть столицей Беларуси Минском. Образовать отдельную группу войск для наступления по северному берегу р.Припять в направлении Калинковичи, Житковичи.

Ближайшая задача – овладеть [рубежом] Быхов, Жлобин, Калинковичи, в дальнейшем выйти на фронт Минск, Слуцк, р. Случь. Справа – Западный фронт наступает в общем направлении Орша, Борисов, Молодечно … И.Сталин».

Уже осенью 1943 года в Москве планировали занять всю Беларусь, пишут белорусские историки Иван Басик и Алексей Литвин в официальной работе Института истории НАН Республики Беларусь «Беларусь в годы Великой Отечественной войне 1941-1945».

Ожидания были так велики, что достигли советских партизан в Центральной и даже Западной Беларуси. Из Москвы только сейчас, когда думали, что скоро можно будет использовать местные ресурсы в советских целях, начали приходить приказы о том, что следовало бы не мешать крестьянам в их работах, меньше жечь мельницы и другую инфраструктуру, помогать сеять озимые и т.д.

Наверное наиболее анекдотическим путем пошел командир партизанской бригады имени Ворошилова Федор Марков, который действовал под Вилейкой и как раз в эти дни отдал такой странный приказ:

«1. При каждом отряде организовать союз с холодным оружием (пиками) кавалерии… »

Видимо, собирался товарищ Марков, который имел уже ранг полковника, но при этом ни военного образования, ни опыта службы в армии, гнать и колоть отступающих немцев и местных полицейских пиками своей партизанской конницы. К сожалению, найти, какие результаты были от этой «многообещающей» идеи во времена господства автоматического стрелкового оружия, пока не удалось.

Сказано-сделано. Советский Центральный фронт 16 октября приказано называть «Белорусским фронтом», имея в виду, что он будет наступать в Беларуси. Атака за атакой солдаты и танки шли в бой на казалось бы истощенную после боев под Смоленском Группу армии «Центр».

КАК «СУВОРОВ» ПОТЕРЯЛ СВОЮ СЛАВУ

Первая операция по штурму Оршы была проведена 12-18 октября, следующая 21-26 октября, еще одна 14-19 ноября, следующая 30 ноября-2 декабря…

Только Западный фронт провел с октября 1943 по 1 апрель 1944 года и только на витебском и оршанском  направлениях 11 наступательных операций.

«Все эти операции закончились безуспешно, и фронт не решил задачи, которые были поставлены Ставкой», – говорится в докладе Сталину, который был составлен 11 апреля 1944 года.

«Западный фронт при проведении всех операций всегда имел значительное превосходство в силах и средствах над противником, которое позволяло безусловно рассчитывать на успех», – безжалостно добавляли авторы доклада.

Ситуация на Центральном фронте была ненамного лучше – ни один город, который планировалось захватить в начале октября не был взят осенью и даже зимой 1943 года. Правда, 26 ноября все-таки удалось взять Гомель, но он даже не упоминался в первоначальных приказах Ставки.

Что же случилось?

Плохо работали командующие и их штабы, которые отдавали подчиненным мало времени на подготовку к наступлению и просто пренебрегали их потребностями. Артиллерия стреляла во время артиллерийской подготовки много, но часто попадала мимо, в результате чего пехота шла на нетронутые немецкие позиции и несла большие потери. Для разведки и корректировки огня мало и плохо использовалась авиация. Как обычно малоэффективной была координация между различными видами войск.

Как только начинается атака, связь пехоты с артиллерией вообще терялась. Не помогает даже самоходная артиллерия, которая будто бы должна идти в бой непосредственно вместе с пехотой. В то же время немецкая артиллерия стреляет метко – во время некоторых операций до 70-80% советских потерь являются результатом огня орудий и минометов, сообщали советские офицеры.

Плохо использовались и большие танковые соединения – пытаясь хоть что-то сделать с немецкой защитой под Оршей в ноябре 1943 года, прорывать ее послали танковый корпус, атаки которого закончились так же, как и атаки пехоты. То же самое произошло и под Витебском в декабре, и на Богушевском направлении в январе 1944 года.

«Потеряв до 70% состава, танковый корпус прошел с пехотой 2-4 км и после этого был выведен из боя», – сообщается Ставке.

Интересно, что критикуют за плохую работу и разведку, хотя казалось бы, тыл немецких войск на территории Восточной Беларуси был густо насыщен советскими партизанскими отрядами. Слово «партизан» вообще не звучит в докладе 11 апреля, что заставляет задуматься о том, влияли ли партизанские соединения вообще на ситуацию на фронте.

Агентура советской военной разведки в Восточной Беларуси также регулярно проваливались, да и вообще часто была политически ненадежной, мгновенно соглашалась работать на немцев, пишут авторы доклада. А это уже вызывает вопрос об отношении местного населения к «освободителям».

Более того, в этих наступлениях использовали много молодых и здоровых местных – восточнобелорусских, смоленских, брянских только что «освобожденных» парней, которых почти необученными бросали в бой. Они и гибли тысячами.

«Войска вводились в бой с необученным пополнением, которое составляло основную массу боевых частей. Офицерский состав принимал единицы на ходу и шел в бой не зная своих подчиненных, которые тоже не знали своих офицеров», – писал начальник оперативного отдела штаба 33 армии Западного фронта Илларион Толконюк.

КОЛИЧЕСТВОМ, А НЕ УМЕНИЕМ

Оказалось, что Красная армия, боеспособность которой хоть и выросла за два с половиной года войны, не может вести большие наступательные операции даже против ослабленного вермахта без большого численного преимущества.

Так, многие из советских солдат, офицеры и генералы стали воевать не хуже, а может и лучше среднего немца, но в целом профессионализм советской армии остался на гораздо более низком уровне. И чем больше, чем сложнее была операция, тем больше пушек, пехоты, танков, самолетов должно приходиться на одного немецкого пехотинца, танк и самолет.

Эта «ошибка» была исправлена при подготовке операции «Багратион», которая должна выполнить то, на что оказался способен «Суворов».

Весной 1944 года были вновь образованные аж 3 «Белорусских» фронта. И каждый из них накопил с апреля до конца июня огромные силы.

В результате к началу советского наступления 5675 советским самолетам (в том числе 2500 истребителей) противостояли 600 немецких (из них только 60 истребителей), 4000 советским танком – 530 немецких, 2,6 млн советских солдат – 900.000 немецких. По артиллерии преимущество было в 4 раза – 36.000 орудий и минометов против 9.000.

Немецкая группа армии «Центр» была разбита и отступила в Польшу и Восточную Пруссию, потеряв до 450.000 человек убитыми, ранеными, пленными и пропавшими без вести. Примечательно, что советские безвозвратные потери даже при таких соотношениях сил и в условиях немецкого разгрома были ненамного меньше – до 200.000 убитыми и до 600.000 ранеными.

«ПРАЗДНИЧНЫЙ» АБСУРД

Таким образом в 1944 г. осуществились те планы советского руководства по захвату Беларуси, которые провались в 1943 году – провалились главным образом из-за недооценки противника и переоценки собственных сил.

С 1997 года официальные власти Беларуси празднуют День независимости страны 3 июля – в день, когда советские войска вошли в Минск в 1944 году.

Парадоксальным образом получается, что не действия белорусов, а именно упорство немецкой обороны и недостатки советского командования определили тот день, который официально сейчас считается главным государственным праздником Беларуси..

Парадаксальным чынам атрымліваецца, што не дзеянні беларусаў, а менавіта ўпартасць нямецкай абароны і недахопы савецкага камандавання вызначылі той дзень, які афіцыйна зараз лічыцца галоўным дзяржаўным святам Беларусі.

Но еще больше удивляет, что переход современной столицы Беларуси из-под оккупации одной чужой армии в руки другой, которая в 1918 году как раз и задушила попытку создания независимой белорусской государственности, кто-то считает символом самостоятельности Беларуси.

Действительно невероятный сценарий и для Сталина, и для советских военачальников, которые и в ужасных (ведь упоминания о таких снах и до Лубянки могли довести) снах не снились, что воюют «за белорусскуюнезависимость», возвращая Беларусь под тотальный контроль сталинского СССР.

Более того, как свидетельствует история, Беларусь получила шанс на независимость и построила свое самостоятельное государство именно благодаря полной ликвидации СССР. А вот для этого многие белорусы как раз долго и тяжело работали и боролись более 70 лет. И в итоге победили.

Александр Гелогаев

Теги:

Новости